Сбиваясь с прыга на полз и бег, мешая бывший и сущий брег, в сердцах вышвыриваешь оберег, пленяя условный дух.
А в Москве тем временем выпал снег. Просто и дешево - первый снег. Ну этот, знаете, белый снег - такой, похожий на пух.
А ты брутально сидишь в толпе - хотя не к спеху она тебе, а ты покупаешь кашне и пе-
реживаешь сполна.
А в Москве тем временем так себе, они и ноют "да так себе...", и им, представь себе, так себе - вполне невзирая на.
Тебе бы броситься в тени, в глубь, тебе бы выручить сто за рубь, тебе вы выловить рыбь на зубь, или даже на зов,
а в Москве, тем временем, шар и куб, и оба белые - шар и куб, и эта формула: шар и куб - и ровный меж ними шов.
Пойми, послушай, бывает хуж, и гложет строже и жен, и муж, и русских слов не хватает уж, да их и не подберёшь.
А в Москве, тем временем, время стуж. Вот ты не веришь, а всё же стуж. Таких обычных, привычных стуж. Завидно, поди, так что ж?
Вот ты снедаем житьём, как век. Ты богоспасаем, как человек, и как божественный лик, навек завешен своим же "эх..."
А в Москве тем временем выпал снег. Ну просто так вот - прохладный снег. Привычный, белый, обычный снег. Один и тот же, на всех.
Сними парадный с шитьём жилет. Засунь в двустворчатый шкаф скелет. Забудь про ужин и про обед, и брось копить на билет -
выпрашивай снега, которого нет. Именно из-за того, что нет. Всегда, непременно - того, что нет.
И только того, что нет. |
|
